Наказание как юридическая мера

В настоящее время в уголовно-правовой науке большинство авторов и ученых склонны считать, что содержание наказания заключается в лишении или ограничении прав и свобод осужденного.

По мнению профессора А. В. Наумова, «наказание всегда связано с ограничением прав и свобод лица, совершившего преступление, причиняет (или, по крайней мере, способно причинить) ему определенные моральные страдания и лишает его определенных благ (свободы, имущественных прав и т. д.)» [37].

Так, Н. Ф. Кузнецова отмечает «содержание наказания - ограничение или лишение прав и свобод осужденного» [38].

Такая же позиция была отражена А. Э. Жалинским [39], М. П. Журавлевым [40], А. Г. Кибальником [41], И. Г. Соломоненко, Б. В. Яцеленко [42].

Ряд ученых рассматривают содержание наказания в виде конкретного объема ограничений, устанавливаемых для правонарушителя [43].

Противоположное мнение высказал Т. Ю. Погосян, утверждая, что «с одной стороны, отчетливо следует из смысла закона, наказание является карой, обладающей свойством лишать или ограничивать человека в определенных правах и свободах. С другой стороны, помимо кары, оно имеет цель исправить осужденного, предупредить совершение им новых преступлений, т. е. законодатель прямо говорит о том, что нельзя рассматривать наказание лишь как кару - содержание его гораздо шире» [44]. Под наказанием автор понимает «особую юридическую меру государственного принуждения, включающего в себя как карательные элементы, так и воспитательные, назначаемую судом лицу, виновному в совершении преступления, и влекущую судимость» [45].

Представляется, что Т. Ю. Погосян смешивает содержание наказания и средства исправления, в совокупности образующие исправительное воздействие. Справедливо отмечает Н. А. Стручков, что кара воспитывает, но воспитывает именно потому и постольку, почему и поскольку является карой, собственно воспитательные меры в содержание наказания не входят, они образуют так называемое исправительно-трудовое воздействие, дополняют наказание [46].

Воспитательное воздействие кары выступает в «роли толчка, вызывающего новые мыслительные и эмоциональные процессы, оживление и мобилизацию находившихся под спудом положительных взглядов личности» [47].

Наказание может быть средством воспитания, но воспитание не есть средство наказания [48].

Позиция авторов, утверждавших, что содержание наказания представляет собой ограничение или лишение прав и свобод осужденного, на наш взгляд, представляется предпочтительной.

Во-первых, основываясь на точном соответствии текста закона, наказание «заключается в предусмотренных настоящим Кодексом лишении или ограничении прав и свобод этого лица» [49].

Во-вторых, потому что не позволяет «усиливать воздействие кары за счет ослабления воздействия мер исправительно-трудового характера, или, наоборот, усиливать воздействие последних мер за счет ослабления воздействия мер воспитательного характера, или, наоборот, усиливать воздействие мер воспитания за счет сужения кары и полагать, что, в общем-то наказание применяется» [50].

В-третьих, «если в содержание наказания включать наряду с карой и воспитание, а сущность наказания сводить только к каре, то получается, что воспитание … не является чем-то существенным в процессе исполнения наказания» [51], следовательно, включение в содержание наказания кары и воспитания «означает выход за пределы его сущности» [52].

В-четвертых, из понимания содержания наказания кары и воспитания «следует, что само воспитание является наказанием» [53].

При этом мы не согласны с мнением, что трудом нельзя наказать.

На наш взгляд, общественно полезный труд, а точнее, выполняемая осужденным работа и условия труда при исполнении и отбывании уголовных наказаний, сопряженных с трудовой деятельностью, вполне можно рассматривать и как средство исправления, и как элемент кары.