Назначение экспертизы: правовые основания

Юридические знания также являются специальными научными знаниями и по смыслу ч. 1 ст. 195, ст. 283 УПК РФ экспертиза может быть назначена следователем, дознавателем или судом по любым вопросам, включая вопросы правового характера. Законодательство, касающееся института судебной экспертизы, не определяет предмета экспертного исследования, ничего не говорится в нем и о недопустимости постановки перед экспертом правовых вопросов. Кроме того, нигде не определено, какие вопросы следует считать имеющими правовой характер. Наконец, не ясно, могут ли относиться к правовым вопросам понятия, закрепленные в законе или подзаконном нормативном акте.

Следовательно, говорить о запрете решения правовых вопросов судебным экспертом в принципе некорректно. Другое дело, что законодатель исходит из презумпции наличия правовых (юридических) знаний у следователя, дознавателя, прокурора и судьи, которые необходимы им для уголовно-правовой квалификации деяния, принятия процессуальных решений и в целом производства расследования или судебного рассмотрения уголовного дела.

Справедливое замечание сделано С.Н. Оленевой, которая отмечает, что по смыслу ч. 1 ст. 195 и ст. 283 УПК РФ экспертиза может быть назначена следователем, дознавателем или судом по любым вопросам, что представляется неверным.

Небезынтересно в этой связи обратиться к уголовно-процессуальному законодательству Республики Казахстан, УПК которой принят намного раньше, чем в Российской Федерации. В соответствии со статьей 220 УПК Республики Казахстан экспертиза назначается в случаях, когда обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть получены в результате исследования материалов дела, проводимого экспертом на основе специальных научных знаний. Думается, подобная формулировка гораздо вернее передает истинное назначение судебной экспертизы.

Таким образом, вопрос определения оснований назначения судебной экспертизы имеет актуальное значение.

Судебную экспертизу следует понимать как научное исследование, позволяющее получить новые знания. Поэтому при определении оснований для назначения судебной экспертизы резонно исходить из дифференцированного подхода к компетенции эксперта. Иначе говоря, во внимание должен приниматься уровень поставленных задач. В том случае, когда для их разрешения достаточно эмпирического уровня (т. е. основанного на чувственном восприятии и опыте), не требующего научного исследования, прибегать к экспертизе не только не обоснованно, но и с точки зрения процессуальной экономии даже неоправданно.

Подтверждением изложенного тезиса служат доводы ученых. Так, Т. Е. Алина предлагает к компетенции специалиста относить решение диагностических задач в тех случаях, когда исследования не требуют сложных лабораторных операций.

Схожими аргументами оперирует и А. В. Кудрявцева, отмечая, что установить, например, причинение легкого вреда здоровью и вреда средней тяжести возможно с помощью освидетельствования с привлечением специалиста в области судебной медицины, т. к. деятельность эксперта от деятельности специалиста отличается глубиной проведенного исследования.