Понятие, социальное и психологическое содержание мотива и цели преступлений

Современное уголовное право России, находясь на детерминистических позициях, исходит их того, что важнейший принцип виновной ответственности является необходимым условием правильной социально-правовой оценки человеческого поведения. «В противовес ложному, абстрактному «объективизму» нужно сказать, что при оценке поступка правомерно исходить не из всего того, что воспоследовало, а только из того, что из объективно воспоследовавшего могло быть предусмотрено».

Положение о виновном причинении является требованием действующего материального (УК РФ 1996 г.) и процессуального (УПК РФ 2001 г.) законодательства.

В соответствии с нормативной базой в сфере системного воздействия на преступность Верховный суд РФ в своих разъяснениях постоянно указывает на необходимость выяснения в каждом конкретном случае вида вины, мотивов и целей, эмоциональных состояний, а также доказательств, на основании которых суд пришел к убеждению, что те или иные обстоятельства имели либо не имели место в действительности.

Проявление постоянного внимания законодателя и высшей судебной инстанции к указанным обстоятельствам вполне объяснимо и оправданно.

Являясь в совокупности важным и самостоятельным элементом состава преступления, признаки субъективной стороны служат одним из оснований уголовной ответственности, существенно влияют на общественную опасность и правовую оценку содеянного, выступают факторами разграничения различных преступлений в процессе их квалификации, влияют на индивидуализацию ответственности и наказания, т.е. они учитываются в качестве условий применения практически всех уголовно-правовых институтов Общей части, принимаются во внимание при решении других актуальных вопросов уголовно-правовой теории и практики применения как общего уголовного, так и специального военно-уголовного законодательства России.

Применительно к законодательству о преступлениях признаки субъективной стороны, выполняя отмеченную важную роль, обнаруживают вместе с тем определенную специфику, которая еще недостаточно полно учитывается наукой и практикой.

Коль скоро существуют особенности объективной действительности, то они же должны быть адекватно отражены в процессе субъективного познания: каждое преступное деяние представляет собой единство объективных и субъективных свойств определенного общественно опасного деяния, подобно тому, как и всякое поведение людей как деятельность, обусловленная сознанием, представляет собой единство объективного и субъективного.

Важнейшее методологическое значение для юридической науки имеет положение о том, что право нельзя понять само по себе, что его изучение следует вести с учетом его обусловленности общественными отношениями и его обратного воздействия на них, что законы есть сознательное отображение жизни.

Приведенные положения актуальны при анализе всех понятий и категорий, используемых в различных отраслях права и имеющих юридическое значение, в том числе субъективной стороны, в частности, мотивов и целей, обнаруживающих следующие важные социально-психологические характеристики.

Сущность мотива и цели вообще, и мотива и цели преступного поведения, в частности, проявляется в рамках действия универсальных категорий сознания, деятельности и личности.

Так, в свое время А.Н. Леонтьев выдвинул идею о том, что «личность человека ни в каком смысле не является предшествующей по отношению к его деятельности, как и его сознание, она ею порождается». Взаимосвязь рассматриваемых категорий заключается в том, что личность проявляется через сознательную деятельность; значение деятельности определяется тем, что именно в ней формируется и проявляется сознательная личность; сознание же существует и проявляется лишь в пределах своего носителя — действующей личности.

Это соотношение позволило К.К. Платонову выделить признак мотива как присущий одновременно и сознанию, и деятельности, и личности и охарактеризовать его как процесс, как состояние и как свойство личности.