Дискуссии по вопросу понятия уголовной ответственности

Термин "ответственность", в том числе и "уголовная ответственность", упоминается уже в древнейших памятниках права, так как развитие идеи об ответственности опережало развитие мысли о праве как о совокупности норм поведения. Впервые термин "ответственность" в ретроспективном смысле применил Джон-Стюарт Милль. Именно его с полным правом следует считать родоначальником негативной ответственности, ответственности как воздаяния за совершенное [63, c. 36-37]. Данная позиция на сотни лет предопределила связь ответственности с наказанием. Практически до 60-х гг. XX столетия подобный взгляд на категорию ответственности являлся господствующим в советской юриспруденции, которая рассматривала любой вид правовой ответственности в ретроспективной плоскости. Так, И. Ребане утверждал, что "правовая ответственность - это ответственность за деяние, порицаемое как правонарушение" [53, c. 159].

Важно заметить, что уголовная ответственность в тот период отождествлялась с наказанием. Кстати, взгляд на уголовную ответственность как на тождественное с наказанием понятие был долгое время присущ и теории отечественного уголовного права, чему в немалой степени способствовало уголовное законодательство, до 1958 года не рассматривавшее уголовную ответственность отдельно от наказания. Совершенно очевидно, что и в настоящее время имеют место попытки свести уголовную ответственность к применению санкций либо вообще к мерам государственного принуждения.

При первой же попытке дать научное определение понятия ответственности, выясняется, что это понятие довольно многозначно.

Объективная сторона уголовной ответственности заключается в том, что закрепленное в уголовно-правовой норме общеобязательное требование к определенному поведению личности обусловлено объективными законами общественной жизни людей. Этим самым уголовное право своего рода поощряет ответственное поведение участников общественных отношений.

Субъективная сторона уголовной ответственности находит свое выражение в том, что обусловленные социальными отношениями общеобязательные уголовно-правовые требования преломляются в сознании и психологии человека, в усвоении им норм уголовного права, выработке у него социально-позитивной или негативной мотивации, а соответственно этому и в поведении субъекта. То есть уголовная ответственность, будучи по своей социально-правовой функции объективной категорией, содержательно заключает в себе и субъективные моменты. Специфика уголовной ответственности заключается в том, что, возникнув, она существует объективно, независимо от того, желательна она для лица, совершившего преступление или нет.

В современном российском законодательстве дифференцируются стимулирующие, дозволительные и поощрительные нормы, которые позволяют влиять на правомерное поведение субъектов с учетом формирования высокой правовой культуры и мышления, что, в свою очередь, ведет к повышению юридической ответственности граждан [32, c. 43].

Очевидно, что, действуя объективно, уголовно-правовые нормы сами по себе не приводят человека к фатальной неизбежности выбора своего поведения. В личностных понятиях общественные нормативы или нормы уголовного права принимаются и осознаются самим субъектом. При высоком уровне правосознания уважение к уголовному закону превращается в личное уважение каждого. Нередко законы, в том числе и уголовные, не исполняются не только потому, что их не уважают, а потому, что в силу своей социальной неприемлемости они вообще не исполнимы. Поэтому норма уголовного права только тогда может побудить индивида к должному поведению, когда она адекватно отражает действительность и воспринимается людьми не как отвлеченное понятие. Уголовную ответственность следует рассматривать как с позиции побудительного мотива поведения, так и с позиции требуемого от индивида поведения. То есть уголовная ответственность выполняет роль социально-правового контроля в соотношении должного с возможным, свободы воли с необходимостью.