История возникновения и развития института защиты прав потребителей в России

Естественно, данная ситуация складывалась на протяжении длительного исторического процесса. Следует отметить, что в СССР не было сформировано единой системы защиты прав потребителей, несмотря на усиленную индустриализацию хозяйства, проводившуюся в 30-е гг. XX в. Дело в том, что одной из задач экономической политики того времени было "сломать рыночный, экономический механизм нэпа и создать вместо него административную систему управления"

В условиях плановой экономики и дефицита потребительской продукции ситуация неравенства сторон на рынке не могла существовать в принципе, поскольку не было и самого свободного рынка (тем не менее отношения по приобретению благ регулировались нормами гражданского законодательства и ведомственными актами). В связи с этим нельзя в полной мере согласиться с мнением ряда исследователей, указывающих на формирование мер по защите прав потребителей в законодательстве СССР доперестроечного периода.

Действовавшее с 1932 по 1991 г. Положение о добровольных обществах и их союзах (п.8) запрещало добровольным обществам ставить своей задачей защиту правовых и экономических интересов своих членов. Как позднее высказался Конституционный Суд РФ, данный акт, "возможно, наиболее ярко символизирует подавление гражданского общества и тотальный контроль государства над любыми проявлениями социальной активности граждан и их ассоциаций."

Развитие законодательства о защите прав потребителей началось лишь с наступлением этапа перестройки, причем сама идея "консьюмеризма" развивалась не "снизу вверх", как в странах с развитой рыночной экономикой, а "сверху вниз": путем создания нормативно-правовой базы в условиях отсутствия реально сложившихся общественных отношений, подлежащих регулированию.

Данное обстоятельство имеет большое значение, так как именно оно предопределило развитие в российской юриспруденции идеи о том, что начинать решение практически любого вопроса защиты граждан на рынке следует глобально - с принятия нормативных актов. Такие аспекты, как проблемы применения норм права и стимулирование общественной активности, отходят на второй план, что нельзя признать правильным. Иногда данный подход приводит к весьма оригинальным предложениям.

К примеру, А.А. Райлян считает, что целесообразно ввести в Конституцию РФ,<<Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993) (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 №6-ФКЗ, от 30.12.2008 №7-ФКЗ) // Российская газета. - 2009. - №7>>дополнительную статью о праве граждан на потребительское образование. "Наличие такой статьи - пишет он в своей докторской диссертации - побудит Министерство образования и науки РФ включить "Потребительское право" в качестве самостоятельной учебной дисциплины в федеральный компонент. образовательных стандартов и, тем самым, безусловно, будет способствовать дальнейшему развитию потребительского образования. "

Впервые вопрос о принятии потребительского законодательства возник в СССР в конце 1980-х гг., после того как проблема защиты прав потребителей была вынесена на всемирный уровень в результате принятия Руководящих принципов для защиты интересов потребителей ООН (1985 г.). Правда, проект Закона СССР "О качестве продукции и защите прав потребителей", разработанный в 1988 г., так и не был принят. В нем впервые для отечественного законодательства формулировалось легальное определение понятия "потребитель", причем не устанавливалось различий между потребителем-гражданином и потребителем - юридическим лицом.

В 1991 г. новый потребительский законопроект все же прошел стадию принятия, но фактически "Закон СССР "О защите прав потребителей" от 22.05.1991 №2184-1 // Ведомости СНД и ВС СССР. - 1991. - №24. - Ст.689" не применялся в связи с распадом Советского Союза. Этот документ в своей преамбуле называл потребителем "гражданина, использующего, приобретающего, заказывающего либо имеющего намерение приобрести или заказать продукцию для личных бытовых нужд". По утверждению В.В. Богдан, термин, расшифрованный данной дефиницией, "представлял собой не что иное, как механическое перенесение экономической категории "потребитель". Однако с этим тезисом вряд ли можно согласиться, поскольку в определении отразились по крайней мере два момента, не свойственных для экономической теории, но принципиально важных для юриспруденции: