История развития института соединения и выделения уголовных дел

История уголовного процесса Кыргызской Республики неразрывно связана с историей уголовного процесса СССР и России. В результате анализа уголовно-процессуального законодательства прошлого можно прийти к выводу, что становление уголовно-процессуального института соединения и выделения уголовных дел следует связывать с дореволюционным историческим этапом развития государства.

Российское уголовное судопроизводство формировалось и эволюционировало совместно с развитием нашего государства. Как справедливо отмечал известный русский правовед И.Я. Фойницкий: «Достойно внимания, что были эпохи полного отсутствия законодательных определений по уголовному праву, но определения процессуальные появляются с первой страницы сознательной жизни народов. В них настоятельно нуждаются и власть и население».

В процессе постоянного развития уголовно-процессуального права по мере необходимости и требованию времени возникали, развивались, «отмирали» или преобразовывались его институты.

Уже не одно столетие отечественному уголовному судопроизводству известен институт соединения и выделения уголовных дел. Однако современные черты он обрел далеко не сразу. Направление развития как всего уголовного процесса в целом, так и отдельных его институтов являлось отражением социально-экономических и политических условий в государстве на соответствующий временной период. Первое упоминание об элементах процедуры соединения уголовных дел мы встречаем в Соборном уложении царя Алексея Михайловича (1649 г.).

«В нашем праве по делам сыскным уже в XVII в., по Соборному уложению 1649 г., соединение уголовных дел допускалось в широких размерах. Стремясь к искоренению лихих людей, законодатель обращал внимание на их соучастников, предписывая расспрашивать накрепко, кто вместе с ними воровал и какие еще преступления, кроме обнаруженных, ими учинены. Отсюда строгие предписания собирать для сыска и суда к одному месту всех соучастников в самом широком значении этого слова, перешедшие даже в сводное законодательство (ст. 20 ч. 2 т. XV Свода законов изд. 1857 г.)».

Действительно, в основание Свода законов, первое издание которого вышло в 1832 г., легли законоположения Петра I, Екатерины II, дополненные их преемниками. Но они, в развитии исследуемого института, явились лишь чуть более подробными дополнениями к Уложению 1649 г. Русское уголовное судопроизводство до 1860 г. вообще не подвергалось общему пересмотру и систематизации. А.Ф. Кони охарактеризовал Свод как «бессвязное собрание самых разнородных и разновременных постановлений, механически сливавших воедино статьи Уложения царя Алексея Михайловича, указы Петра и, как выразился в 1835 г. Государственный Совет, «виды правительства», обнародованные в 1784, 1796-1809 и 1823 годах».

Однако несмотря на многочисленность правовых норм, регламентирующих порядок уголовного судопроизводства, мы не встретим среди них положений, определяющих процедуру либо основания выделения уголовных дел. Что касается соединения, то единое письменное производство рассматривалось как обязательное и необходимое требование к процессу.

Наиболее заметно данное обстоятельство отразилось в ст. 20 «Законов о судопроизводстве по делам о преступлениях и проступках».

Статья 20 «Законов о судопроизводстве по делам о преступлениях и проступках» содержала основное правило соединения дел, по которому «рассмотрение и решение дел, как о первоначально-открытом преступнике, так и о соучастниках его должно происходить в одном месте . ». Доминирование соединения дел в дореформенном уголовном судопроизводстве России на наш взгляд объясняется действовавшей тогда розыскной (следственной) формой процесса, в которой центральное место занимало исследование «объективного факта уголовной неправды во всех возможных ее разветвлениях». «Розыскной порядок, – писал И.Я. Фойницкий, – создал начало, известное под названием неделимости уголовно-судебного исследования, под которым разумелось право и обязанность суда привлекать к ответственности всех лиц, виновность которых обнаружена исследованием». Поскольку стержнем любого уголовного дела всегда является обвинение, постольку является очевидным, что довольно широкая возможность соединения дел в полной мере способствовала обеспечению обвинительной функции дополнительными обвинениями. Вместе с тем, это порождало «безличность производства», не имело пределов, что, соответственно, обусловливало его крайнюю медлительность.

Упоминая о соединении уголовных дел, И.Я. Фойницкий отмечал, что «чем более уголовное судопроизводство носит следственный характер, тем в больших размерах оно допускается».

Начало следственному судопроизводству в России было положено с учреждением Иваном IV института губных старост, а с 1716 г. оно стало единственной формой суда для всех уголовных дел вплоть до реформы Александра II. Существовавшее в отечественном судопроизводстве правило о неделимости дела сохранилось, за некоторыми изменениями, и в положениях нового уголовно-процессуального законодательства 1864 г.