Развитие южно-Курильской территориальной проблемы в 1997-2000 годы

Между тем в аналогичных соглашениях прошлых лет, в частности, Соглашениях о промысле морской капусты в районе Малой Курильской гряды 1963 и 1981 гг., было четко зафиксировано, что "японские рыбаки, занимающиеся промыслом морской капусты . должны соблюдать законы, постановления и правила Союза Советских Социалистических Республик, действующие в этом районе" (выделено нами). Это важнейшее положение, действовавшее свыше 30 лет, исчезло из Соглашения от 21 февраля 1998 г.

В результате мы фактически имеем дело с небывалым случаем, и это следует особо подчеркнуть, - предоставлением японским подданным в наших территориальных водах экстерриториального статуса, т.е. неподчиненности их законам Российской Федерации в ее территориальном море, статуса с точки зрения современного международного права дискриминационного и в отношениях между государствами недопустимого. По мнению В.Головнина и В.Солнцева, это не что иное, как ползучая передача Японии морской территории России.

В "Меморандуме о понимании" к Соглашению (документ, на основе которого осуществляется конкретное ежегодное "сотрудничество" между сторонами) на 1998 и 1999 гг. и в "Руководстве по порядку промысла морских живых ресурсов японскими рыболовными судами" наряду с русскими употребляются японские географические названия, включая даже названия мысов.

Подобный подход к международному договору России не только является грубым нарушением Закона РФ "О наименовании географических объектов", предусматривающего использование в официальных документах только собственных географических названий. Он также закономерно вызывает вопрос, существует ли у России с Японией кондоминиум (совместное владение) над Южными Курилами или острова принадлежат России.

Не менее важно и то обстоятельство, что присутствие в российских территориальных водах иностранных рыболовных судов, фактически неподконтрольных российским законам, непосредственно затрагивает и вопросы безопасности территории и проживающих на ней граждан.

Совершенно очевидно, что Японии здесь удалось добиться небывало выгодных для себя юридических формулировок - формулировок, о которых еще несколько лет назад они не могли и мечтать, создающих необходимую правовую базу, серьезно "размывающую" российский суверенитет над Южными Курилами, формулировок, создающих юридический прецедент, который в дальнейшем будет весомым аргументом на переговорах или, если понадобится, и в Международном суде. И возразить здесь что-либо нам опять будет весьма сложно.

Вероятно, понимая всю уязвимость и невыгодность для России этого соглашения, министр иностранных дел И.Иванов счел необходимым успокоить общественность, заявив, что "он осведомлен о некоторой настороженности, существующей в отношении данного соглашения". Смеем заверить министра, здесь не о настороженности следует говорить, а о срочном исправлении допущенных ошибок, наносящих ущерб национальным интересам страны.

"Венцом" третьего этапа плана Б.Н. Ельцина, кроме соглашения 1998 г., стала также выдвинутая еще Е.М. Примаковым в бытность его министром иностранных дел РФ идея "совместной российско-японской экономической деятельности" на Южных Курилах. В целях практической реализации этого направления создана и действует российско-японская подкомиссия по совместной хозяйственной деятельности. Хотя пока больших результатов для жителей Южных Курил деятельность данной комиссии не принесла, можно констатировать, что и четвертый этап плана начался. Однако здесь Японию поджидает самое трудное - заключение желанного мирного договора "путем решения вопроса принадлежности островов".