Историко-правовые основы назначения уголовного наказания несовершеннолетним

Свобода судейского усмотрения в вопросе об уголовно-правовых последствиях указанных в законе деликтов, совершенных лицами в возрасте от 12 лет, свидетельствует о том, что законодатель, расширив сферу карательного принуждения по субъектному признаку, отказался от дифференциации ответственности несовершеннолетних субъектов. Он перевел решение политического вопроса в практическую плоскость решения юридического дела, не обнаруживая при этом политического интереса к либерализации ответственности несовершеннолетних субъектов, не проявляя снисхождения к ним. Поэтому не случайно в статьях УК РСФСР 1926 г., касающихся уголовной ответственности лиц, достигших 12 лет, указывалось, что эти лица подлежат уголовному суду с применением всех мер наказания.

Две из них не имеют уголовно-политического значения, так как включают положения о содержании или ординарных порядках применения мер социальной защиты. Так, согласно ст.251 УК, "мерами социальной защиты медико-педагогического характера являются: а) отдача несовершеннолетнего на попечение родителей, родственников, если таковые имеют возможность его содержать, или иных лиц или учреждений; б) помещение в специальное лечебно-воспитательное заведение". В соответствии со ст.26 УК "меры социальной защиты медико-педагогического и медицинского характера могут применяться судом, если он признает несоответствующим данному случаю применение мер социальной защиты судебно-исправительного характера, а равно и в дополнение к последним, если притом меры социальной зашиты медико-педагогического и медицинского характера не были применены соответствующими органами до судебного разбирательства".

Третья (ст.57 УК) содержала положение, аналогичное тому, которое предусматривалось ст.56 УК РСФСР 1922 г. и было охарактеризовано как пример произвола власти, при котором несовершеннолетний осужденный, не обладая статусом особого субъекта ответственности, выступает в роли бесправного объекта целесообразного карательного воздействия. Так, согласно ст.57 УК РСФСР 1926 г. "несовершеннолетние, приговоренные к лишению свободы и помещенные в трудовые дома для несовершеннолетних, остаются там впредь до исправления, однако не долее достижения ими восемнадцатилетнего возраста. Если к моменту достижения ими этого возраста они еще не отбудут назначенного приговором суда срока лишения свободы, они могут быть досрочно освобождены. Несовершеннолетние, в отношении которых досрочное освобождение будет признано невозможным, остаются в тех же трудовых домах или переводятся в другие трудовые дома или колонии на основании Исправительно-трудового кодекса РСФСР".

Предусмотренная этой статьей возможность условно-досрочного освобождения лица, достигшего совершеннолетия, не умаляет означенного произвола, поскольку осужденный освобождался от частичного отбывания не назначенной судом меры социальной защиты судебно-исправительного характера (в виде лишения свободы), а той меры социальной защиты, которую он отбывал за пределами срока, определенного обвинительным приговором суда. Как уже отмечалось, это положение не противоречило концепции мер социальной защиты и имело под собой серьезные уголовно-политические основания.